Как Тату-тунпа и Агуара-тунпа взяли себе жен (племя чанэ)

Старики рассказывают, что жил некогда великий вождь Чикери и жили в тех же местах Тату-тунпа и Агуара-тунпа¹. Случилось все это далеко-далеко отсюда.. Дальше всех жил вождь Чикери. И он велел сказать Тату-тунпе, чтобы тот пришел к нему и взял в жены его дочь. Он знал, что Тату-тунпа умеет колдовать. Агуара-тунпа² тоже умел колдовать.

Пустился Тату-тунпа в путь. Шел он медленно, часто останавливался, и там, где он разводил костер, вырастала высокая трава.

Не успел Тату-тунпа уйти, как в его дом пришел Агуара-тунпа и спрашивает:
— Где Тату-тунпа?

Сказали ему, что Тату-тунпа отправился к вождю, чтобы стать его зятем. Агуара-тунпа пошел за ним следом и скоро его догнал. Когда Тату-тунпа оглянулся, он крикнул ему:
— Видишь там, у дороги, дерево ихуахуасу? Поди нарви с него плодов, мы вместе полакомимся ими.

Тату-тунпа послушался и подошел к дереву, но только он протянул руку, как подбежал Агуара-тунпа и изо всех сил тряхнул ствол. Плоды градом посыпались на Тату-тунпу, и он тут же из молодого, красивого юноши превратился в уродливого, кривого старика.

Пошли они к вождю Чикери вместе. Но теперь только Агуара-тунпа был молод и красив собою. Даже ожерелье, которое висело у Тату-тунпы на шее, Агуара-тунпа хитростью у него выманил и надел на себя.

Вождь Чикери принял Агуара-тунпу за Тату-тунпу и отдал ему в жены самую красивую свою дочь. А Тату-тунпе он отдал самую безобразную, да к тому же еще и кривую.

Агуара-тунпа сразу же принялся за дело: он стал расчищать и возделывать свое поле. Работал он целыми днями, подвязав свои длинные волосы, и вечером приходил домой весь перепачканный в земле. А Тату-тунпа ничего не делал; целыми днями лежал он с женой и наигрывал на деревянной дудочке. Теща смотрела-смотрела, да и говорит:
— Какой он работник? Ему и заботы мало, что у него теперь семья!

Услышал эти слова Тату-тунпа и спрашивает жену:
— Нет ли у твоего отца какого-нибудь залежного поля? Я бы, пожалуй, его обработал.

Засмеялась на это теща: «И куда этому лентяю залежное поле? Ему и с обработанной-то землей не справиться!»

Взял на следующий день Тату-тунпа палку и вместе с женой отправился на залежное поле. Походил он по этому полю, поковырял землю палкой, потом поднял комок земли и высоко подбросил его кверху. Комок рассыпался на мелкие части.

— Эта земля никуда не годится, — сказал Тату-тунпа. — Нет ли здесь поблизости какой-нибудь полянки?

— Есть неподалеку большая поляна, — отвечала ему жена.

Пришли они; снова поковырял Тату-тунпа палкой землю, поднял ком земли и подбросил его кверху. На этот раз комок упал на землю целым. Тогда Тату-тунпа сказал:
— Эта земля хорошая  и они пошли домой.

Наутро Тату-тунпа взял мотыгу и отправился на поляну. Подошел он к тому месту, где. ковырял накануне палкой, воткнул в землю мотыгу, и мотыга тотчас же стала сама копать, да так быстро, что скоро вся поляна была вскопана. Тогда Тату-тунпа позвал ветер, и тот подул с такой силой, что в одно мгновение унес с поляны все камни и ветки. Потом он призвал вихрь, и тот дочиста подмел поле. Потом он кликнул попугаев и велел им принести разных семян для посева, но они принесли ему никуда не годных семян, наполовину раскрошенных. Тогда он попросил об этом уток, голубей и голубят, и те не только принесли ему разных семян, но еще сами же разбросали их по полю.

Когда все поле было засе яно, Тату-тунпа пошел домой. Отошел он на несколько шагов, обернулся, глянул на свое по ле — а ноле уж зазеленело. Про шел он еще немного, снова обернулся — поле уже в цвету. Подошел он к самому своему дому, обернулся в последний  раз — глядь, уже все на поле созрело. А у Агуара-тунпы на поле чуть-чуть только зеленеют всходы. Назавтра говорит Тату-тунпа жене:

— Пойдем поглядим на наше поле.

Пришли они, видит жена: все созрело. Велел ей Тату-тунпа разжечь костер — подсушить кукурузу и овощи.

— Возьми один початок кукурузы, два боба и одну тыкву, — сказал он жене, — а больше ничего не трогай. Нам и этого-то не съесть!

Послушалась жена, а когда собрала все, что велел ей муж, и кукуруза, и бобы, и тыква оказались такими огромными, что ей их и не поднять было.

Вернулись они домой, и говорит Тату-тунпа теще:
— Пойдем с нами в поле. Возьмешь себе столько всего, сколько унесешь.

А старуха подумала, что он украл чей-нибудь урожай, — никак не могла она поверить, чтобы у него на поле хоть что-нибудь могло уродиться, — и отвечает:
— Нет уж, лучше я пойду с другой дочерью, у нее-то муж работник.

Тем временем Агуара-тунпа прокрался на поле Тату-тунпы и украл там несколько тыкв. Он отнес их на свое поле, и приладил тыквы к росткам, только что вылезшим из земли. Когда стемнело, вернулся он домой и велел жене позвать старуху собирать тыквы. Пришли они на поле, а там и нет ничего — старухе-то и взять нечего!

А наутро жена Тату-тунпы снова зовет старуху. Старуха не пошла бы, да Чикери выбранил ее за упрямство и велел идти. Рассердилась старуха, но ослушаться не посмела.

Тату-тунпа всю дорогу шел впереди и наигрывал на своей деревянной дудочке. Пришли они на поле. Смотрит старуха и глазам своим не верит: всего видимо-невидимо — и кукурузы-то, и тыквы, и бобов. Увидела она большущую тыкву и просит дочь: — Отдай мне эту тыкву.

Но не успела старуха еще прикоснуться к тыкве, как та покатилась прямо на нее, да так ее придавила, что старуха и пошевелиться не могла. Сколько ни старалась дочь, не могла тыкву даже с места сдвинуть. Стала она тут звать мужа, чтобы он помог матери, а тот не стал торопиться и подошел, лишь когда теща совсем уж помирала. Легко поднял он огромную тыкву И положил на прежнее место.

Когда старуха отдышалась, Тату-тунпа велел ей осторожно сорвать два початка кукурузы, два боба, две тыквы и больше ничего не трогать. Сорвала старуха початок — а на его месте тотчас же вырос новый, сорвала тыкву — смотрит, на ее месте новая растет. Нагрузила она полную корзину, пошла домой и все мужу рассказала.

— Тогда он и есть тот самый Тату-тунпа, которому я велел прийти, — сказал вождь Чикери. — Выходит, Агуара-туипа-то обманщик!

Пришло утро; Тату-тунпа снова зовет жену в поле. Вырыл он там глубокую яму и развел в ней костер. Земля в яме накалилась докрасна. Тогда взял он тыкву-горлянку, сам залез в нее, а жене велел столкнуть тыкву в раскаленную яму.

— Как только я свистну, — сказал он, — переверни тыкву, и я выйду.

Сделала жена все так, как он велел. Тату-тунпа вышел из ямы молодой и красивый, и на шее у него, как и прежде, висело ожерелье. Потом он велел жене тоже залезть в тыкву-горлянку и бросил тыкву в яму. И вышла жена из тыквы тоже молодой и красивой.

Пошли они домой; по дороге Тату-тунпа отломил ветку кебрачо. Пришли, а старуха как раз варит чичу³. Говорит ей зять:

— Ночью холодно будет, вот я и захватил с собой эту ветку кебрачо, чтобы можно было погреться у костра.

Агуара-тунпа принес домой ветви тортаго, но их оказалось мало — уже к середине ночи ему стало нечего подкладывать в костер. Подкрался он к тещиному костру погреться, а старухе и покажись впотьмах, что к ней крадется лис; схватила она горящую ветку да как сунет ее Агуара-тунпе прямо в зад! Так, с горящей веткой в заду, Агуара-тунпа бросился бежать и навсегда превратился в лиса.

1 Тату — броненосец; тунпа — святой, священный.

2 Агуара — лиса.

3 Чича — опьяняющий напиток.