Каменный лев (поучительные сказки)

Было А-эру всего три года, когда у него умер отец. Матери пришлось одной работать, чтобы и себя прокормить и сына вырастить. Подрос А-эр —
стал Помогать матери. Они арендовали у помещика три му земли и выращивали арбузы. А-эр не жалел на поле ни сил, ни времени, а потому арбузы у него вырастали большие и сладкие. На всю округу славились эти арбузы. А мальчика так и прозвали: «А-эр — арбузник».
Стал А-эр из мальчика юношей. В тот год арбузы особенно удались — и красивые и крупные. Мать и сын собрали их в большие кучи. А-эр хотел было разрезать арбуз, чтобы жажду утолить, а заодно и попробовать: хороши ли в эту осень арбузы на вкус. Но мать запретила:
— Нет, нет, не делай этого! Первым должен попробовать кто-нибудь из дома помещика. Ведь земля-то помещичья. Иди-ка отнеси, которые получше. Таков уж старый обычай.
Положил А-эр в корзину арбузы и понес к помещику. А помещик тот был самым богатым в округе, было у него шесть домов — и все новые, большие и красивые. Постучал А-эр в ворота, вышел сам помещик. Хотел А-эр, как и прежде, вывалить перед ним арбузы на землю, но тут прибежала служанка:
— Не торопись, парень! Наша барышня как разхочет арбуза. Отнеси-ка ей.
Пошел А-эр за служанкой. Долго шли они из комнаты в комнату, прошли сад и наконец подошли к дому, где жила дочь помещика.
Поставил А-эр корзину на землю и начал выкладывать арбузы. Вдруг он услышал нежный голос, зовущий служанку:
— Сяо-цуй, дай-ка мне арбуз!
А-эр обернулся: стоит рядом с ним девушка неописуемой красоты! От изумления застыл А-эр на месте, арбуз выпал из его рук и раскололся на восемь частей.
— Вот неуклюжий! — сказала служанка. — Ничего-то не умеешь. Только напугал нашу барышню!
А барышня уже успела нагнуться, подняла дольку арбуза и откусила.
— Не ругай его, — сказала она с улыбкой. — Ведь арбуз-то хороший — вкусный да сладкий. Спроси его лучше, сколько ему за них?
Ничего не надо… ничего… — замахал руками А-эр.
Ничего не надо? А жить на что будешь? — девушка засмеялась и дала ему слиток серебра.
Обрадовался юноша — ведь каждый год он приносил в этот дом арбузы, но помещик только бранил его, а денег не давал.
Вернулся А-эр домой и места себе не может найти: Закроет глаза, а перед ним помещичья дочка, как живая. Видит он и ее походку, и каждое движенье, и ласковую улыбку. Вот бы ему такую в жены! Но разве помещик отдаст свою дочь за бедняка?! Долго мучился А-эр — и есть ему не елось, и пить не пилось, и ночью ворочался он с боку на бок, тяжело вздыхая. Поняла мать, что с сыном творится что-то неладное:
— Сынок, о чем ты тревожишься? Скажи мне — обсудим вместе. Я же твоя мать! Не таи печаль на сердце.
Рассказал А-эр матери, как носил арбузы к помещику, и взмолился:
Мама! Попроси соседку Сань-шэнь: пусть сходит к помещику, посватает его дочку. Все я сделаю, что ни запросит. Нет мне жизни без нее!
Что ты, сынок! — испугалась мать. — В своем ли ты уме? Он же богач! Не отдаст он дочку за бедняка. Выкинь это из головы!
И месяца не прошло — заболел А-эр, слег и с постели не встает. Ничего не поделаешь — позвала мать соседку Сань-шэнь. А та, как услышала, зачем ее позвали, ужаснулась:
Не пойду! Не пойду! У меня еще голова на плечах. Идти с этим к помещику — все равно, что на плаху. Да ты сам подумай, А-эр, посмотри на себя! Разве такая богатая девушка захочет выйти замуж за тебя?
Сходи, пожалуйста, Сань-шэнь! Я щедро отблагодарю тебя! — просил ее юноша.
Долго уговаривал он соседку, пока та, наконец, не Согласилась:
— Ладно уж, схожу! Попытаю счастья.
Когда помещик услыхал, что бедняк, презренный
арбузник осмелился посвататься к его дочери, он в гневе затряс бородой и закричал:
— Да как смел этот оборванец мечтать о лебеди! Он и мизинца ее не стоит! Как может нищий стать моим зятем?! — Помещик вдруг расхохотался и язвительно закончил: — Ну, хорошо. Я отдам за него дочь, если он добудет гори-жемчуг и золотого воробья. Ха-ха-ха!
Сань-шэнь передала А-эру слова помещика. Юноша обрадовался, и болезнь его как рукой сняло. Съел он три чашки риса и начал готовиться в путь. Увидела это мать и зарыдала:
Куда ты пойдешь, сынок? Где ты найдешь такое? Одумайся! Не сошелся свет клином на дочке помещика. Найдем тебе другую!
Мама, не уговаривай! Если есть на свете гори-жемчуг и золотой воробей, я достану их. А другой жены мне не нужно. Только ее люблю.
Распрощался А-эр с матерью и вышел за ворота. Шел он, шел по пыльной и длинной дороге и думал: «Где же раздобыть гори-жемчуг?» И вдруг он вспомнил, что старые люди рассказывали: есть гори-жемчуг у морского дракона. Пошел он к берегу моря и начал вычерпывать пиалой морскую воду. Черпал он так целый год и шесть месяцев. Смотрели, смотрели на него со дна креветки-солдаты и крабы-генералы, выплыли и спрашивают:
Что это ты делаешь?
Хочу я море осушить и отобрать у морского дракона гори-жемчуг.
Ты, видать, сумасшедший! Да разве ж можно вычерпать море, такое широкое и глубокое, маленькой пиалой?
Почему же нельзя? Я черпаю воду беспрерывно, каждый день, и когда-нибудь да вычерпаю! Днем раньше, днем позже, а все-таки вычерпаю!
Испугались креветки-солдаты и крабы-генералы, бросились докладывать о напасти морскому дракону. А дракон, как услышал, тоже испугался:
— А вдруг он и в самом деле осушит море? Что же я тогда буду делать? Где буду жить?
Сказал тогда первый министр осьминог:
— Ваше величество дракон! Этому юноше не море нужно и не хочет он выселить ваше величество из моря. Нахалу нужен только гори-жемчуг. Так отдайте ему этот гори-жемчуг, и оставит он нас в покое. Будем по-прежнему жить без тревог.
Подумал, подумал дракон и решил: правильно говорит первый министр. Послал он креветок-солдат и крабов-генералов передать гори-жемчуг А-эру. Спрятал А-эр гори-жемчуг за пазуху и ушел с морского берега. Идет и думает: «Где же мне теперь найти золотого воробья?» Вспомнил тут А-эр: люди говорили, что воробей тот один на целом свете и встретить его можно на высоких соснах, что растут на вершинах гор. И пошел А-эр в горы.

Целый год и шесть месяцев ходил по горам А-эр, взбирался на горные кручи, спускался по каменистым склонам, но даже и тени золотого воробья не увидел. Советовали ему встречные люди вернуться домой, но он стоял на своем:
— Если надо, буду искать десять лет и еще шесть месяцев, а домой без золотого воробья не вернусь. Найду или умру на вершине какой-нибудь горы!
Однажды вечером присел А-эр отдохнуть на склоне горы. Задремал А-эр. Вдруг сквозь сон слышит, будто кто-то говорит:
— Братец мой, золотой воробушек, здравствуй! Давно тебя не видел!
Раскрыл А-эр глаза и видит: напротив него на сосне сидят две птички — серебристый попугай и золотой воробей. Воробей взмахнул крылышками, взъерошил перышки, встряхнулся и запел красивую песню.
Подбежал А-эр к сосне, хотел схватить золотого воробья, а тот вспорхнул и полетел. Бросился А-эр за золотым воробьем — куда воробей, туда и А-эр.
Сорок девять дней бегал А-эр по горам за воробьем, никак не мог поймать. Устал воробей летать без отдыха, еще больше устал А-эр, но воробья из виду не выпускает. Слетел воробей с гор — А-эр за ним. Подлетел воробей к какому-то селению — А-эр
за ним. Метнулся воробей к воротам какого-то дома — А-эр уже догоняет его, вот-вот схватит. Испугался воробей, вспорхнул направо, вспорхнул налево и юркнул в пасть каменного льва, что стоял у ворот дома.

Обрадовался А-эр — вот тут-то он его и поймает! Запустил руки в пасть льва и схватил притаившегося там воробья. Но не тут-то было — сжал челюсти лев, прикусил руки А-эру и не выпускает. Воробей-то оказался волшебным: чего ни коснется он своими крылышками, то сразу и оживает. Вот и каменный лев ожил и прикусил А-эру руки.
Изо всех сил старался А-эр вытащить руки, ничего не выходило. Прошел день, прошла ночь, понял А-эр, что не уйти ему отсюда живым. Осмотрелся.
А-эр, а он в родной деревне! Громко крикнул А-эр, из дома вышли люди, узнали его. Попросил он их позвать к нему мать.
— Мама! — сказал он ей. — Я добыл гори-жемчуг, поймал и золотого воробья. Но вот беда — не выпускает моих рук этот каменный лев. Придется,видно, мне здесь и умереть. Сходи, пожалуйста, к той, кого я люблю, и скажи, что все раздобыл я длянее. Попроси, чтобы пришла она сюда. Я отдам ейгори-жемчуг и посмотрю на нее перед смертью.
Зарыдала мать, но ничего не могла сделать, — побежала к соседке Сань-шэнь и начала умолять ее сходить в дом к помещику.
Узнал помещик, что А-эр скоро умрет, и обрадовался, но отпустить дочь к А-эру отказался:
Как может моя дочь пойти к голодранцу? Если люди узнают об этом — моя дочь будет опозорена! Кто же захочет тогда взять ее в жены?!
Но ведь А-эру ничего от вашей дочери не нужно, — возразила Сань-шэнь, — только посмотреть на нее перед смертью да передать ей гори-жемчуг.
Услыхал помещик о гори-жемчуге и задумался: гори-жемчуга даже у императора нет, это редчайшая драгоценность! И он может ее получить, стоит только послать дочь к А-эру, который все равно умрет. А не пойдет дочь — прощай гори-жемчуг: уплывет в другие руки. Не мог помещик отказаться от такой добычи, послал дочь к А-эру и приказал взять у него гори-жемчуг и сразу же вернуться домой.
Подошла девушка к дому с каменным львом у ворот, увидела А-эра, и слезы потекли из ее глаз. Она полюбила юношу еще в тот день, когда он принес ей арбузы, но только теперь она узнала, какие мучения перенес ради нее А-эр. Сквозь слезы она прошептала:
— Это я тебя погубила, А-эр!
— Барышня! — обратился к ней А-эр. — У меня за пазухой гори-жемчуг, возьми его на память обо мне… Видишь, я уже не смогу стать твоим мужем. Так дай мне хоть ручку твою поцеловать. Только это и принесет мне перед смертью радость и утешение.
Вспыхнули щеки у нее от стыда: разве может девушка позволить мужчине целовать ей руку на улице, на виду у всего народа? Увидел А-эр, что девушка опустила голову и покраснела, понял так, что не хочет она исполнить его просьбу, и глубоко вздохнул. — Вижу, барышня, что я тебе не мил. Прости за то, что три года мечтал о тебе и надеялся стать твоим мужем. Три года я добывал гори-жемчуг и золотого воробья, чтобы доказать, как сильно я тебя люблю. Прости меня…

Подняла голову девушка, взглянула на А-эра и еще больше покраснела. Негодуя на свою слабость, она протянула руку к губам А-эра. Ахнули люди, стоявшие вокруг толпой, а юноша прильнул к ее руке прощальным поцелуем.
Много-много лет стоял на этой улице каменный лев, несчетное множество людей прошло мимо него, но ни разу не видел он, чтобы девушка среди бела дня, окруженная толпой, дала руку мужчине для поцелуя. Расхохотался лев, широко раскрыл пасть, а А-эр, воспользовавшись этим, тотчас же вытащил руки из пасти. Радостные, счастливые побежали А-эр и девушка в дом помещика. В левой руке А-эра был зажат золотой воробей, в правой — гори-жемчуг.

Растерялся помещик. У него теперь было то, чего нет и у императора — гори-жемчуг и золотой воробей. Но должен он за это отдать свою дочь в жены А-эру. Жадность оказалась у него сильнее гордости. Поженились А-эр и девушка и прожили всю жизнь в радости и согласии.

0

Добавить комментарий