Лу Чун (рассказы о явлении духов)

Лу Чун был уроженцем Фаньява. В тридцати ли к западу от его дома находилась могила шаофу¹ Цуя.
Как-то в первый день сезона Зимнего солнцестояния¹, когда Лу Чуну исполнилось двадцать лет, он отправился на охоту. Ему повстречалась сайга. Молодой человек выстрелил, и стрела его попала в животное. Сайга упала, но потом вскочила на ноги и побежала.
Лу Чун бросился за нею в погоню и не заметил, как очутился вдалеке от дома.
В одном ли к северу от дороги он увидел высокие ворота, по обе стороны от них — строения с черепичной крышей, похожие на дворец. Сайга куда-то исчезла.
Один из стражников, стоявших у ворот, заметил Лу  Чуна и громко возвестил:
— Гость прибыл!
— Чей это дворец? — спросил у него Лу Чун.
Шаофу Цуя, — был ответ.
Как же я могу предстать перед шаофу в грязной одежде? — заволновался Лу Чун.
В тот же момент появился человек и подал Лу Чуну узел с новой одеждой.
— Наш господин шлет вам подарок, — сказал он при этом.
Лу Чун переоделся, его провели во дворец и представили хозяину. Они вместе сели за стол, выпили вина, закусили. Шаофу сказал молодому человеку:
— Не сочтите за дерзость, но я недавно получил письмо с просьбой выдать за вас замуж свою дочь. Поэтому я и пригласил вас к себе.
Он показал Лу Чуну письмо.
Лу Чун был еще слишком мал, когда умер его отец, но отцовский почерк он узнал сразу и поэтому не стал возражать. Шаофу приказал передать во внутренние покои, чтобы дочь нарядилась и вышла к жениху.
Обратившись затем к Лу Чуну, он сказал:
— А теперь вы можете перейти на восточную террасу. К наступлению сумерек невеста окончила наряжаться.
Когда Лу Чун появился на восточной террасе, девушка как раз выходила из коляски.
Жених и невеста встали на одну циновку и поклонились
друг другу, как требовал брачный обряд.
Прошло три дня, и Дуй сказал Лу Чуну:
— Теперь вы можете поехать домой. Моя дочь забеременела, и, если она родит мальчика, мы отправим его к вам. Если же родится девочка, она останется у нас.
Для Лу Чуна подали коляску. Он попрощался с тестем вышел.
Цуй проводил молодого человека до ворот, и, когда они расставались, на глазах его навернулись слезы.
Когда Лу Чун сел в коляску, то увидел там женщину, которая держава узел с одеждой, в которой он отправлялся на охоту. Здесь же он нашел свой лук и стрелы.
Потом слуга по приказу шаофу принес Лу Чуну еще один узел с одеждой и сказал:
— Господин просил вас не расстраиваться, потому что ваши с ним родственные отношения только начияаются; Он шлет вам в подарок еще один костюм, одеяло и матрац.
Коляска тронулась и понеслась с грохотом, напоминавшим раскаты грома. Мгновение — и Лу Чун был уже дома.
Домашние бросились к молодому человеку и стали расспрашивать, что ним случилось. Он рассказал. Тогда ему сказали, что шаофу Цуй давно умер. Лу Чуну стало страшно при мысли, что он побывал в гостях у мертвеца.
Со времени Этой встречи прошло четыре года. Однажды Лу Чун прогуливался по берегу реки. Это было в третий день третьего месяца. Вдруг он увидел две коляски, Которые переправлялись вброд, то скрываясь под водой, то вновь появляясь.
Вскоре обе коляски выехали на берег у того места, где находился Лу Чун, и молодого человека окликнули. Лу Чун открыл дверцу коляски и увидел дочь Цуя и трехлетнего мальчика. Обрадованный Лу Чун протянул к ним руки. Но женщина остановила его, жестом указала на вторую коляску
и сказала:
Сначала повидайтесь со своим тестем, господин. Лу Чун подошел ко второй коляске и поклонился Цую.
Затем женщина отдала Лу Чуну сына. При этом она подарила ему золотую чашку и свиток со стихами, которые, гласили:
Этот гриб, ослепляющий взор,
Не похож на иные грибы,
Он являет виденья и сны,
Лучезарным сияньем охвачен,
А когда чудодейственный гриб
Расцветёт по веленью судьбы,
Счастлив будет владелец его,
Для которого он предназначен.
А бывает, что гриб не цветет,
Раскрываться не хочет бутон,
Потому что холодные дни
Наступили средь жаркого лета,
Он теряет свою красоту,
Гаснет слава. А что же потом?
Покидает избранник его,
Тот, что был озарен и согрет им…
Мы расстались навеки с тобой,
Свыше наша судьба решена,
Ты, как луч мимолетный сверкнув,
Потерялся в заоблачной сини,
Ты внезапно меня разлюбил,
И тебе уже я не нужна.
Эта чаша поможет вскормить
Твоего несчастливого сына.

…Рано прерваны узы любви, Только горю помочь я бессильна!
Лу Чун взял сына, чашку и стихи, и обе коляски исчезли. Лу Чун с мальчиком вернулся домой. Все говорили, что он привез оборотня, и плевались.
— Кто твой отец? — спрашивали у мальчика, и ой тянулся к Лу Чуну.
Сначала все ненавидели мальчика, но потом, когда прочли стихи, стали удивляться: до чего невероятным казалось общение между живыми и мертвыми!
Вскоре Лу Чуа в повозке поехал на рынок продавать чашку. Но он не хотел, чтобы чашку купили сразу, и поэтому заломил высокую цену. Он надеялся, что кто-нибудь опознает, кому эта чашка прежде принадлежала.
Случилось так, что одна служанка, вернувшаяся с рынка, сказала своей госпоже:
— Я видела человека, продававшего чашку, которая ле жала в гробу у барышни Цуй.
Госпожа этой женщины приходилась барышне Цуй родной теткой по материнской линии. Она послала сына на рынок посмотреть, и все оказалось так, как рассказала служанка. Юноша влез на повозку Лу Чуна, назвал имя и сказал:
— Когда-то моя тетя вышла замуж за шаофу Цуя. У них родилась дочь, которая умерла, еще не успев выйти замуж. Моя матушка очень любила племянницу и подарила ей золотую чашку, которую потом положила в гроб умершей. Скажите мне, откуда вы взяли эту чашку?
Лу Чун подробно рассказал ему всю историю, и юноша, вернувшись домой, передал ее матери. Мать тотчас же послала слуг к Лу Чуну, и те привезли мальчика. Посмотреть на него собрались все родственники.
Осанкой и манерами мальчик напоминал Цуев, а внешностью походил на Лу Чуна. Достоверность всего случив-шнегося подтверждала также золотая чашка.
Тетка сказала:
— Мальчик родился в конце третьего месяца, а мой отец говорил: «Весна — это тепло, стремление к счастью — природное свойство человека». Поэтому лучше всего дать ребенку имя Вэнь-сю. Это слово означает также таинственное бракосочетание, заранее предназначенное судьбой.
Мальчик вырос талантливым некрасивым й подучил должность правителя области с жалованьем в две тысячи даней хлеба в год. Его сыновья и внуки еще и ныне наследуют шапку и зонт³. А отдаленный потомок Лу-Чуна, известный также под вторым именем Цзы-гань, прославился на всю Поднебесную.

¹ Шаофу — придворный чиновник, ведавший одеждой и дра гоценностями императора.
² Сезон Зимнего солнцестояния — один из два дцати четырех сезонов сельскохозяйственного года. Соответствует  периоду с 22 декабря по 6 января по современному календарю.

³ То есть чиновничью должность.