Мирза Масту-Хумар и Биби-Мехрнегар (индонезийские сказки)

Было ли так или не было — кроме Аллаха никого не было. Жил-был падишах, и не было у него детей. Посмотрел он однажды в зеркало и увидел на виске седой волос. Падишах опечалился, вызвал везира и го­ворит:
— Что ты скажешь? Я уж начал стареть, а детей у меня все нет. Кто же займет мой престол?

Везир стал утешать его:
— Пусть здравствует падишах — центр вселенной! Мой очаг тоже пуст — ведь и у меня нет детей. Это воля всевышнего. Если Аллах захочет, то вскоре да­рует тебе ребенка!
Падишах в гневе вскочил и закричал:
— Всегда ты льстишь и говоришь неправду, чтобы угодить мне! Даю на размышление сорок дней. Если за это время жена не забеременеет — я велю казнить тебя!

Незадачливый везир раскаялся в своих необдуманных словах и вернулся домой раздосадованный и печальный.
Все дни, назначенные падишахом, везир провел в беспокойстве. Он все повторял: «О правосудный Аллах! Как же мне быть? Что делать?»
И вот, наконец, настала сороковая ночь. В полночь слышит везир: кто-то зовет его. Душа у него ушла в пятки: почудилось ему, что пришли его убивать. Открыл он дверь, видит — стоит дервиш весь в белом. Дал он везиру яблоко и гранат и сказал:
— Владыка послал это вашим женам: гранат — для супруги падишаха, яблоко — для твоей жены. Съедят они плоды, и на сороковой день жена падишаха понесет сына, а твоя жена — дочь. Как вырастут эти дети — так поженятся.
Сказал это дервиш и исчез.
А везир обрадовался так, что и сказать нельзя, и подумал: «Отдам-ка я гранат своей жене — пусть сын родится у меня. А яблоко дам жене падишаха». И он, не дождавшись утра, тут же направился к падишаху и рассказал ему о случившемся.
И вот спустя сорок дней обе женщины забеременели. Через девять месяцев, девять дней, девять часов и девять минут жена везира родила девочку, прекрасную, как лик солнца.

А жена падишаха уже должна была рожать, как вдруг раздался голос:
— Приготовьте золотой таз!
Слуги принесли золотой таз, и из чрева шахини выползла черная змея. Жена падишаха от ужаса упала без памяти, с трудом ее отходили.
Услышал везир об этом и подумал: «Это — судьба», но и виду не подал, что у него такие мысли.
Змею — сына падишаха — назвали Мирза Масту-Хумар, а дочь везира — Биби-Мехрнегар. Шах, ко­нечно, разгневался, но делать было нечего.
И вот стали дети подрастать. Когда уже пришла пора их женить, шах обратился к везиру:
— Ты отдашь свою дочь за моего сына!
Везир побоялся ослушаться повеления шаха, и детей поженили. В брачную ночь, когда жениха и невесту оставили вдвоем, сын падишаха вдруг скинул змеиную кожу и оказался прекрасным восемнадцатилетним юношей. А под утро он снова надел эту кожу и превратился в
змею.
Прошло немного времени, и падишах прослышал, что его сын выходит из кожи змеи в облике красивого юноши. Он позвал к себе невестку и сказал ей:
— Ты должна что-нибудь придумать, чтобы мой сын не прятался больше в змеиную кожу!
Биби-Мехрнегар вернулась домой и спросила мужа:
— В каком пламени сгорает змеиная кожа? Мирза Масту-Хумар ответил:
— Эту кожу можно сжечь только в огне от шелухи лука и чеснока, перемешанной с солью. Но если сгорит моя кожа, — ты меня больше не увидишь.
Биби-Мехрнегар и внимания не обратила на слова мужа и в следующую же ночь, когда Мирза Маст вышел из змеиной кожи, она спалила ее.
Кожа еще горела, когда подошел к жене Мирза Масту-Хумар и сказал ей:
— Все-таки ты сделала свое дело — сожгла мою кожу! Не видать тебе меня теперь, пока ты не износишь в поисках семь пар стальных башмаков, не изорвешь семь железных платьев, не изломаешь семь железных посохов и не изжуешь семь шкатулок кандаруна¹.
Сказал это Мирза Масту-Хумар и исчез.
Семь дней собиралась Биби-Мехрнегар в путь. Она купила семь пар стальных башмаков, семь железных платьев, семь железных посохов, семь шкатулок кандаруна и тронулась в путь через пустыню.
Шла она, шла и встретилась со страшным дивом². И взмолилась она:
— О Аллах, что мне делать?

Вдруг раздался таинственный голос:
— Девушка! Брось диву шкатулку, чтобы он не тронул тебя.
Мехрнегар так и сделала, а потом снова отправи­лась в путь. Тут, откуда ни возьмись, опять навстречу ей див, Она и на этот раз бросила диву шкатулку и пустилась бежать.
Словом, не стану вам долго рассказывать, а странствия Биби-Мехрнегар длились то ли два, то ли три года, Она повстречала семерых дивов, побросала им семь шкатулок, А ее железные посохи, стальные башмаки и железные платья к тому времени сносились и порвались. И вот в тот день, когда изорвалась седьмая пара башмаков, она остановилась у родника. Устала она, присела на берегу чтобы умыться и освежиться. Вдруг видит — к роднику идет рослая чернокожая слу­жанка с кувшином,
— Чья ты служанка, сестрица? — говорит Биби-Мехрнегар.
— Я служанка Мирзы Масту-Хумара,- отвечает та.
— А где он сам?
— Да вот здесь!-и служанка показала ей на огромный сад.- Он готовится к свадьбе с дочерью своей тетки.
— А для кого ты несешь воду?-спросила Биби-Мехрнегар,
— Для Мирзы Масту-Хумара. Он хочет помыться.
— Да не случится с тобой никогда беды!-сказала Биби-Мехрнегар.- Дай кувшин мне, я хочу напиться.
Служанка протянула ей кувшин, а Биби-Мехрнегар незаметно бросила в него перстень — подарок мужа. Потом она отпила немного воды и вернула кувшин негритянке.
Служанка возвратилась домой и стала поливать на руки Мирзе Масту-Хумару. Тут прямо в ладонь к нему упал перстень. Он посмотрел, узнал свой перстень, обернулся к служанке и спрашивает:
— Откуда это?
— Не знаю,- отвечает та,- Только вот у родника сидела девушка-чужеземка — она напилась воды из кувшина.
Мирза Маcт понял, в чем дело, вышел из сада и увидел на берегу родника Биби-Мехрнегар.
— Как ты очутилась здесь? — спросил он.- Знаешь ли, что ты смела, как львица! Ведь это — край дивов и гулей³. Мой отец, мать, семь братьев и тетка-дивы. Увидят они тебя — проглотят живьем. А теперь слушай: если моя тетка узнает о твоем приходе, она тут же убьет тебя. Можно только сказать, что ты — моя служанка.

Он покрасил лицо Мехрнегар черной краской, про­читал какое-то заклинание, подул на девушку — и она тут же превратилась в булавку. Он приколол эту булавку к одежде и вошел в дом. Окружили его все оби­татели дома и стали кричать:
— Человеком пахнет!
— Я привел служанку для новобрачной,- говорит Мирза Маст.- Дайте слово не обижать ее, и я верну ей прежний облик.
Поклялись они, тогда Мирза Маст опять прочитал то же заклинание, и девушка предстала перед ними та­кой, какой она была прежде. Повел он ее к своей буду­щей теще и говорит:
— Тетушка, дорогая! Эту служанку я привел для твоей дочери.
— Ах ты негодяй! — закричала она.- Моей дочери не нужна служанка!
Стал тут просить ее Мирза Масту-Хумар оставить у себя девушку, и она в конце концов согласилась, а он тихонько говорит Мехрнегар:
— Что бы тебе ни приказали, ты исполняй все без расспросов.
С этими словами дал он ей прядь своих волос и прибавил:
— Случится с тобой какая-либо беда — сожги один волосок.
На другой день тетка дала Мехрнегар метлу, унизанную жемчугом, и наказала:
— Подмети этой метлой двор. Но горе тебе, если упадет хоть одна жемчужина — я тебе тогда покажу!

Взяла Мехрнегар метлу, только раз провела ею по земле, как рассыпались все жемчужины. Она тут же сожгла волосок, и тотчас предстал перед ней Мирза Масту-Хумар. Он собрал жемчужины, ввязал их в метлу и подмел двор. Затем он вручил метлу Мехрнегар со словами:
— Отдай тетушке.
Стала она возвращать метлу, а тетка и спрашивает:
— Что, кончила подметать?
-Да.
— Это не твоих рук дело — это сделал негодяй Мирза Маст! — закричала тетка.
На другой день дала она Мехрнегар сито с наказом:
— Полей двор водой через это сито!
Как ни старалась Мехрнегар — ничего у нее не по­лучилось. Сожгла она волос, явился Мирза Маст, полил двор и сказал:
— Ступай, отдай моей тетушке сито!
Стала она возвращать тетке сито, а та опять спрашивает:
— Что, уже все?
— Да, все, уже полила,- отвечает девушка.
— Не твоих это рук дело — это сделал негодяй Мирза Маcт!-опять говорит тетка.
На третий день тетка дала Мехрнегар шкатулку.
— Это — шкатулка «играй-танцуй»,- сказала она.- Ступай туда-то и отдай ее моему брату. А у него возьмешь шкатулку «хватай-сажай» и принесешь ее мне. Увидишь в пути ясли для коня — насыпь туда костей. Увидишь привязанную собаку — брось ей соломы. Уви­дишь закрытую дверь — не трогай, пусть остается за­крытой. Увидишь открытую дверь — проходи мимо. В пути ты увидишь яму, полную грязи и крови. Бу­дешь проходить мимо нее — зажми нос пальцами и иди своей дорогой.
Биби-Мехрнегар отправилась в путь. И вздумалось ей из природного любопытства заглянуть по дороге в шкатулку. Приподняла она крышку — вдруг выскочили из шкатулки музыканты и танцоры, стали петь, играть и танцевать. А были это карлики и карлицы, и ей никак не удавалось их изловить и запереть снова в шка­тулку. Тогда она быстро сожгла волосок. Явился Мирза Масту-Хумар, поймал человечков, спрятал их в шка­тулку и говорит:
— Что бы ни приказывала тебе тетка, делай все наоборот. Солому положи коню, кости брось собаке, перед каждым домом произноси приветствие, все за­крытые двери открывай, открытые — закрывай. Не сделаешь так — несдобровать тебе! Как завидишь яму, наполненную грязью и кровью, скажи: «Жаль, что руки у меня заняты, а то обмакнула бы я пальцы в этот мед и поела немножко». Шкатулка «хватай-сажай» стоит на полке — она накрыта перевернутой чашей. Будешь от­давать шкатулку «играй-танцуй», скорей хватай с полки другую шкатулку и беги. Да смотри, ни в коем случае не открывай ее!
И пошла Биби-Мехрнегар своей дорогой. Она на­ложила коню соломы, бросила костей собаке, закрытые двери она открывала, а открытые — закрывала. По­дойдя к яме с грязью и кровью, она сказала: «Жаль, что руки у меня заняты, а то обмакнула бы я палец в мед и поела». У каждого дома произносила она при­ветствие.

Наконец она отдала шкатулку «играй-танцуй» ее владельцу, проворно схватила из-под чаши шкатулку «хватай-сажай» и пустилась бежать. Не успела она про­бежать и нескольких шагов, как за ее спиной раздался
громкий голос:
— Открытые двери, хватайте ее!
— Зачем нам хватать ее?-ответили двери.- Ты нас никогда не закрывал, а она закрыла.
Затем раздался другой приказ:
— Закрытые двери, хватайте ее!
— Зачем же нам хватать ее?-ответили двери.- Ты нас всегда оставлял закрытыми, а она открыла.
— Собака, хватай ее! — раздался снова голос.
— Зачем мне хватать ее? — отвечала собака.- Ты кормил меня соломой, а она дала костей.
— Хватай ее! — приказали коню.
— Зачем мне хватать ее? — отвечал конь.- Ты давал мне кости, а она положила мне соломы.
Наконец голос раздался еще раз:
— Грязь и кровь, хватайте ее! А они в ответ:
— Зачем нам хватать ее? Ты нас называешь грязью, кровью, а она назвала медом!
Ну, что там долго рассказывать — уцелела девушка и вручила тетушке шкатулку «хватай-сажай». Та спро­сила девушку:
— Ты отдала шкатулку «играй-танцуй»?
— Да,- ответила Мехрнегар.
— Не твоих это рук дело!-закричала тетка.- Это опять сделал негодяй Мирза Маст!
И вот настал день свадьбы. Тетка говорит:
— Нужно на пальцах служанки зажечь свечи, чтобы освещать путь, по которому пройдут новобрачные.
И правда, на пальцах Биби-Мехрнегар зажгли десять свечей. Идет она впереди новобрачных, плачет и жалуется:
— Мирза Маст, мои пальцы горят!
— Нет, Мехрнегар,- отвечает Мирза Маcт,- это мое сердце горит!
Наконец прибыли новобрачные в дом жениха. Мирза Маст шепотом говорит Мехрнегар:
— Не выдай себя этой ночью! Простись со всем в доме: с мышами, собаками и кошками, с кастрюлями, чашками и горшками, с дверями и стенами.
Когда настала полночь, Мирза Маст отрезал го­лову новобрачной и положил ее ей на грудь. Потом он взял тростинку, иголку, щепотку соли, немножко мор­ской пены, посадил на плечо Биби-Мехрнегар и взлетел в воздух.
Но случайно в ту ночь Биби-Мехрнегар позабыла проститься с камнем весом в полмана⁴. Не успели они еще удалиться от дома, как камень стал перекатываться, подкатился к дому тетки и закричал:
— Мирза Маст отрубил голову твоей дочери и убежал с Биби-Мехрнегар!
Тетка и ее муж бросились в погоню за ними. Оглянулся Мирза Маст назад, видит: вот-вот схватят их и убьют! Протянул он руку, бросил тростинку и про­изнес:
— Во имя Шахмардана, во имя Джама и Сулеймана⁵! Как только упадет эта тростинка, пусть вырастет тростниковая чаща, чтобы и шагу нельзя было ступить!
И в самом деле, встали непроходимые заросли тростника, и тетка со своим мужем застряли в них. Вскоре оглянулся Мирза Маст второй раз и опять видит: вот-вот догонят их. Тогда бросил он иголку и произнес:
— Во имя Шахмардана, во имя Джама и Сулеймана! Как только упадет эта иголка на землю, пусть вырастет чаща игл, чтобы шагу нельзя было ступить!
И правда, тут же появилась чаща игл. Трудно стало тетке и ее мужу пробираться. Но Мирза Маст увидел, что они и эту чащу одолели. Тогда высыпал он соль и произнес:
— Во имя Шахмардана, во имя Джама и Сулеймана! Как только эта соль упадет на землю, пусть по­ явятся солончаки, чтобы шагу нельзя было ступить дальше!
Земля превратилась в солончаки, и тетка с мужем с трудом пробирались через них, изранив все ноги.
Снова оглянулся Мирза Маст и увидел: опять вот-вот нагонят их. Бросил он тогда морскую пену и сказал:
— Во имя Шахмардана, во имя Джама и Сулеймана! Как только эта пена упадет на землю, пусть разольется здесь море, чтобы шагу нельзя было сделать дальше.
И тут же разлилось кругом бурное море, пошли по морю волны, на волнах пена закипела. Тетка и ее муж остановились на берегу моря, а переправиться-то не могут. Тетка давай звать Мирзу Масту-Хумара:
— Племянничек! Дорогой! Как вы прошли через это море? Скажи нам, чтобы и мы могли переправиться!
— А мы,- отвечал он,- перешли по тем вот камням, которые видны в воде. Ступайте и вы так!
Ступили они на клочки морской пены и утонули.
А Мирза Масту-Хумар и Биби-Мехрнегар прибыли в родную страну. Там они украсили город и семь дней и семь ночей играли свадьбу; и стали они жить весело, припеваючи.
Так же, как исполнились их желания, пусть исполнятся и ваши.

Дервиши — члены мусульманских религиозных братств. В народе их нередко считали колдунами и волшебниками.
¹ Кандарун — жевательная масса, приготовляемая из ароматических смол.
² Див — злой дух.
³ Гуль — злой дух, оборотень, нападающий на путников.
⁴ Ман — мера веса, равнявшаяся в разное время от 3 до 6,5 кг.
⁵ Шахмардан — дословно «шах храбрецов», эпитет халифа Али. Шииты (последователи одного из основных толков ислама) признают этого халифа имамом, т. е. главой всех верующих, почитают его заступником и защитником в бедах. Джам — Джамшид, легендарный царь. Сулейман — библейский царь Соломон. По мусульманским преданиям, Сулейман обладал властью также над царством духов.

В закладки:

Оценить: (средний балл: 5; проголосовали за: 1)