Волшебный конь (поучительные сказки)

Китайские сказки волшебный конь

Один помещик был злым и гордым. Он считал себя превыше всех, передвигался только в паланкине, который носили восемь слуг. Носильщики обливались потом, а он погонял их. Жил помещик в высоком, просторном доме. Зимой он сидел на теплом кане и попивал гаоляновую водку. И если в окне, оклеенном бумагой, появлялась дырочка с булавочную головку, он уже кричал: «Дует!» — и приказывал слугам немедленно заткнуть эту дырочку. Вокруг его дома всю ночь в любую погоду должны были ходить дозором батраки, и он не разрешал дозорным греться в помещении.
Однажды ночью в зимнюю стужу помещик послал в дозор батрака Чжао-эра. У Чжао-эра не было теплой одежды. Лютый ветер проникал сквозь его дырявые лохмотья. Чжао-эр обошел всю усадьбу. Всюду уже потушили огни, погас. свет и в спальне помещика. Значит, помещик лег в теплую постель.
Ветер усиливался, становилось все холоднее и холоднее. В полночь Чжао-эр совсем окоченел. Взял он охапку хвороста и развел костер у ворот, где ветер дул не так сильно. Затрещал в пламени хворост, и Чжао-эр протянул руки к огню. Едва он успел отогреться, как услышал за спиной чей-то голос. Оглянулся, а рядом с ним стоит старик, одетый в рваное тряпье. В руках у него бамбуковая корзина, покрытая красным платком. Старик дрожал от холода и бесцеремонно сказал:
— Отойди-ка, сынок. Дай погреться.
Хорошо сказано в пословице: «Сытый голодного не разумеет». Лишь бедняку понятны страдания бедняка. Чжао-эр уступил старику место у огня. Тот сел перед костром на корточки и стал отогреваться. Щеки его порозовели, он выпрямился и взял Чжао-эра за руку.
— А ты, сынок, добрый. Чего бы тебе хотелось? Чжао-эр почувствовал, как через руку старика
в его тело входит приятная теплота. Холодный ветер отступил и свирепствовал где-то вдали.
Спасибо, дедушка, за заботу, — ответил Чжао-эр. — Никто и никогда не спрашивал меня об этом. Я уже давно все смотрю да думаю, что мир несправедливо устроен. Помещик не работает, а ест и пьет сладко, бедняки целыми днями трудятся, изнемогают от усталости, но круглый год они терпят холод и голод. Я, дедушка, работы не боюсь, лишь бы быть сытым и одетым.
Справедливы твои слова, сынок. Ты обязательно увидишь такую жизнь, о которой мечтаешь.
Старик нагнулся, снял с корзины красный платок и достал оттуда маленького вороного конька. Он поставил конька на ладонь и дунул. Вмиг вороной конек спрыгнул на землю и превратился в рослого коня с лоснящимся крупом и с горящими, как угли, глазами.
«Даже у помещика нет такого коня!» — подумал Чжао-эр.
— Дарю тебе, этого волшебного коня, — сказал старик. — Садись и скачи на юго-запад, Там встретишь старушку. Она спросит тебя: «Что выше неба? Что чернее угля?» А ты ответь ей: «Добрый трудолюбивый человек выше неба, сердце помещика чернее угля». Еще она спросит тебя: «Куда путь держишь?» А ты скажи: «Мне нужно туда, где нет теней», — тогда она поможет тебе переправиться через бездонную Черную реку.
Старик передал Чжао-эру узду. Конь поднял голову и заржал. Чжао-эр погладил его и повернулся к старику, чтобы поблагодарить, но тот уже исчез. Все стало по-прежнему: черная, зимняя ночь, холодный, пронизывающий ветер, догорающий костер. И лишь конь рядом с Чжао-эром да узда в руке. Рассветало. Волшебный конь снова заржал. Но Чжао-эр не хотел уезжать, не предупредив помещика.
А помещик услышал ржание и уже вышел во двор. Он поразился красоте коня и позавидовал Чжао-эру.
— Я больше не буду работать у тебя, — сказал Чжао-эр.
Помещик хитро усмехнулся:
Можешь уходить, но коня оставь! Чжао-эр опешил от неожиданности:
Это мой конь!
— Нет, этот конь мой! Зачем ты ночью вывел его из конюшни? — закричал помещик.
Чжао-эр хотел было спорить, но помещик не давал’ ему и рта открыть:
— Нищий! Батрак! А еще коня захотел! Позвал помещик слуг и приказал отобрать у
Чжао-эра коня и вытолкать батрака со двора.
Чжао-эр возмутился, но ничего не мог поделать. Вышел он из деревни и зашагал на юго-запад. Много дней он шел, много препятствий преодолел. Одних мостов перешел он больше, чем иной съест зернышек риса за всю свою жизнь. И вот подошел он наконец к лесу. На его опушке росло финиковое дерево, сплошь усыпанное спелыми плодами. Под деревом сидела старушка и пряла. Чжао-эр обратился к ней:
— Бабушка! Я издалека иду и очень проголодался. Разреши мне взять с этого дерева несколько фиников.
Старушка посмотрела на него в упор и спросила:
Что выше неба? Что чернее угля?
Добрый трудолюбивый человек выше неба, сердце помещика чернее угля, — ответил Чжао-эр.
Куда, паренек, путь держишь?
Мне нужно туда, где нет теней.
Правильно, паренек, — сказала старушка ласково, — ты хорошо ответил. Выбирай финики по вкусу и ешь на здоровье.
Чжао-эр поднял голову, и сразу ему. бросились в глаза два особенно крупных и спелых финика. Но он подумал: «Нельзя же съесть самые лучшие финики, надо оставить и другим». Сорвал он финики помельче. Они оказались вкусными и сладкими, как мед. Наелся Чжао-эр и собирался уже поблагодарить старушку, но та снова посмотрела на него в упор и сказала:
— Много путников преходило мимо меня, и всеони срывали самые крупные финики. Редко встретишь таких скромных, как ты. Не хочешь ли ты, чтобы я помогла тебе в чем-нибудь?
Чжао-эр обрадовался, хотел было попросить, как учил старик, переправить его через Черную реку и вдруг почувствовал, что у него сильно зачесался лоб. Он пощупал голову рукой и испугался: на лбу выросли острые рога. От неожиданности он даже вскрикнул.
— Не бойся, — засмеялась старушка. — Это от фиников. Большие съешь — вырастут большие рога,маленькие съешь — вырастут маленькие. Но они.пропадут, стоит лишь окропить их водой из Черной реки.
Тут же она повела Чжао-эра через лес к широкой реке, зачерпнула ладонью черную-пречерную воду и окропила ему голову. Рога у Чжао-эра тотчас исчезли.
Ощупывая рукой голову, Чжао-эр взглянул на другой берег реки и вскрикнул от удивления: он увидел свою мечту. Среди рядов высоких, зеленых деревьев золотистыми волнами колыхались спелые хлеба, пестрели цветы, сверкали под солнцем, как драгоценные камни, плоды фруктовых деревьев,
везде были видны нарядно одетые люди, работавшие на полях, и доносились оттуда радостные песни.
— Бабушка! — воскликнул Чжао-эр. — Помоги мне перейти на ту сторону!
Но старушка печально вздохнула:
— Не хочу тебя обманывать, паренек. Туда перенести может только волшебный конь и то лишь после того, как поест моих фиников. А конь тот принадлежит Старцу зверей.
Чжао-эр подробно рассказал старушке, как он получил коня в подарок и как помещик отнял у него коня.
— Да, это тот самый конь, о котором я говорила, — подтвердила старушка. — Но ты не горюй! Вер-’нем коня. Я научу, как это сделать!
Выслушал Чжао-эр все, что ему сказала старушка, и запомнил. Взял у нее финики и двинулся в обратный путь, даже не отдохнув.
А помещик все еще радовался, что ему удалось получить так легко такого прекрасного коня. Много раз он пытался хотя бы погладить его, но тот лягался и не подпускал к себе близко. И все-таки помещик каждый день приходил в конюшню и подолгу любовался конем издали. Однажды в полдень он шел в конюшню и услышал, как кто-то громко кричит на улице:
— Кому финики! Свежие, спелые финики! Сладкие, вкусные финики!
Помещик удивился: ведь сейчас весна, откуда же взялись свежие финики? Послал он на улицу управляющего. Тот купил финики и принес помещику. Среди фиников два были такие крупные, каких никто в тех местах еще и не видывал. Съел помещик самые крупные финики и вдруг почувствовал, что лоб чешется. А управляющий смотрел на него, вытаращив глаза: на голове у хозяина росли и росли рога. Поднял помещик руки, наткнулся на рога и заплакал. Потом приказал он управляющему немедленно привести продавца фиников.
А продавцом-то оказался не кто иной, как Чжао-эр. Понял тут помещик, что попался в ловушку. Хотел он тотчас же убить Чжао-эра, но рога росли и росли, становились все больше и больше. И притворился помещик ласковым:
Чжао-эр! Вылечи меня. Избавь меня от этих проклятых рогов! Проси, что хочешь, все отдам!
Что ж, — ответил Чжао-эр, — могу вылечить. Только ты сперва отдай мне моего коня.
Помещик велел привести коня. Волшебный конь узнал Чжао-эра и, ласкаясь, потянулся к нему. Чжао-эр дал ему несколько фиников. Конь съел их, заржал, и у него на загривке вырос рог. Ухватился Чжао-эр за этот рог, вскочил на коня, дернул узду, и конь перескочил через стену; хвост его задевал за верхушки деревьев, копыта едва касались крыш. Как ветер, он полетел на юго-запад.
А рога у помещика продолжали расти и через несколько дней стали упираться в потолок. Помещик день и ночь кричал от боли. Его перенесли в самый большой зал дома. Но вскоре рога не умещались и в зале. Помещик велел нанять мастеров и строить новый большой, высокий дом. Но когда дом отстроили, рога помещика не вмещались и в нем. Пришлось ему жить на улице. Наступила зима, задули холодные ветры, пошел снег, и рогатый помещик замерз.

0

Добавить комментарий